"Родственники приговорённых к смерти приходили послушать их последние крики", - воспоминания шахтинки о войне

"Родственники приговорённых к смерти приходили послушать их последние крики", - воспоминания шахтинки о войне, Екатерина Сотрихина

Праздник со слезамина глазах

Не зря 9 мая называют праздником со слезами на глазах. Те, кого коснулась эта страшная война, никогда не забудут горя и утрат, которые она принесла на нашу землю. Анна Ивановна Бондарева была ещё ребёнком, когда в город Шахты пришли фашисты.

Анна Ивановна Бондарева в руках с фотографией своих родителей.
Анна Ивановна Бондарева в руках с фотографией своих родителей.

Предают свои

Вспоминая время оккупации, Анна Ивановна еле сдерживает слёзы. Много бед натворили враги, но самым страшным ударом стал арест полицаями её отца – Ивана Александровича Чурсина и его казнь.

- Отец был коммунистом, его выдали предатели, - рассказывает Анна Ивановна, - ко времени оккупации он уже успел побывать на фронте, где потерял руку. После госпиталя Иван Чурсин вернулся в Шахты, где работал на складе хлебозавода. Забрали его под предлогом каких-то работ.

Во время оккупации это не было редкостью, всё трудоспособное население фашисты обязывали становиться на учёт на бирже труда. Но вместо принудительных работ, Иван Александрович оказался в полицейском участке, который находился рядом с ДК им. Парамонова (ДК шахты им.Артёма).

- Помню, как люди приходили под окна этого здания и высматривали своих родных. Мне повезло, я увидела своего папу. Отец бросил из-за решётки окурок и указал глазами на него. Я знала, что он не курит, и сразу сообразила, что надо этот окурок подобрать. Оказалось, что там записка. В ней было две фамилии Квасников и Пухлов, а также сообщалось, что эти люди – предатели. Один жил недалеко от нас рядом с баней, другой в посёлке шахты Комправда.

Была ещё одна встреча. Сквозь щель в заборе Ивану Чурсину удалось даже поговорить с дочерью. Мужчина показал свою единственную руку, она была изувечена пытками. Изверги желали знать, кто ещё из партийных остался в городе.

- Арестовывали также и нашу родственницу. Её взяли под стражу вместе с маленькой дочкой. Тоже хотели узнать, кто ходил на партсобрания. Спас её случай. Малышка, проснувшись по утру, протянула ручонки к охраннику и спросонья закричала: «Папа!» Сердце фашиста дрогнуло и он отпустил их.

Идущие на смерть

Заключённых из полицейского участка погнали пешком в центр города Шахты, к зданию военкомата, а оттуда на шахту имени Красина, где живых людей сбрасывали в шурф. Идея, как не тратить лишние патроны и не копать могилы, пришла отнюдь не бережливым немцам, а предателям. Для удобства над шурфом, уходившим глубоко под землю, устроили специальную площадку, куда подводили и сбрасывали людей.

Обелиск и памятник на месте гибели тысяч людей появились в 1959 году.
Обелиск и памятник на месте гибели тысяч людей появились в 1959 году.

- Я, мама и младший брат, вместе с другими людьми, чьих родных эта пировали, шли поодаль от колонны арестованных. Запомнила, что у них на ногах вместо портянок из сапог торчала солома. Больше мы отца не видели.

Недалеко от места, где казнили шахтинцев, жили люди. К ним на подворье просились родственники тех, кого должны были сбросить в шурф, чтобы услышать последние слова своих родных. Мы с мамой тоже пришли к ним, принесли немного кукурузы, чтобы нас пустили.

Когда началось, мама зажмурила глаза и молилась. Она была очень набожная женщина. Перед смертью кто-то кричал: «Аня, прощай!», но голос отца мы не узнали. То ли это был не он, то ли из-за пыток голос стал неузнаваемым.

Квартиранты

Чурсины жили «на домиках». Так назывались дома в районе старого артёмовского рынка. Это жильё ещё до войны им предоставило руководство шахты им. Артёма-1, где Иван Чурсин работал.

- В доме на два хозяина у нас было две комнаты. Когда началась оккупация, то одну из них забрали себе немецкие солдаты. Они также отобрали у нас подушки и одеяла, и вся семья спала на тюфяках, набитых кукурузной соломой.

Мы с подругой Ниной решили бороться с врагами. Ночью ножницами срезали с машины брезент. Хотели сжечь его, а он оказался из какой-то синтетической ткани, которая не горела, а только плавилась. Тогда мы оттащили его подальше, к мосту на Комправде, и там закопали. Наутро фашисты всполошились, думали партизаны действуют. Знали бы, не кормили бы нас. А они, если у них что-то оставалось после обеда, нам отдавали. Мама моя всегда делилась с соседями – семейством Тибекиных. У них росло десять детей, а немцев на постое не было. Вот так и выживали…

Бутерброд привел в шахту

Когда Красная армия освободила город Шахты, началось восстановление шахт. Анна устроилась на шахту рассыльной. Под землю её не пускали из-за юного возраста. Шахтёрам выдавали усиленное питание, так называемый тормозок. Это был кусок хлеба с маслом, посыпанный сахаром.

- Как же мне, вечно голодной хотелось заполучить такой бутерброд! И вот я придумала хитрость. Взяла какие-то бумаги и прошмыгнула в клеть с девчатами. Стали спускаться, страшно, но я вида не подаю. Они-то меня знали, стали спрашивать, что я тут делаю. Я соврала, что ищу начальника, чтобы передать ему бумаги. Спустилась, выяснила, что начальник ещё не приезжал, поднялась обратно вместе с шахтёрками, отработавшими свою смену, и к бутербродам…Хитрость мою тут же раскусили, но ругать не стали, больше беспокоились, не случилось ли со мной чего под землёй. Я заплакала, стала проситься работать под землю. Меня выставили за дверь, а сами пошли совещаться. Посоветовавшись, начальство дало добро. Взяли меня считать вагоны с углем. Так я стала кормилицей в семье. Позже выучилась и работала в шахте машинисткой.

Страшные стоны

Через полгода после освобождения города, из ствола шахты им.Красина стали доставать погибших. Аня с мамой ходили, искали отца. Казалось бы, человека без руки найти проще простого, но погибших было очень много, а погода стояла жаркая. Трупный запах был невыносимым. Вскоре гражданским запретили приходить.

- Потом на месте гибели тысяч шахтинцев устроили мемориал. Я каждый год бывала там на 9 мая. Вечный огонь зажигала дочка Ольги Мешковой. Первоначально мемориал выглядел иначе. Запомнилось, что там звучала страшная музыка, будто стоны умирающих. Казалось, они доносятся прямо из-под земли. Но это продолжалось недолго, музыкальное сопровождение убрали, потому что люди падали в обморок от впечатления, которое оно производило. Памятник переделывали несколько раз. Последний вариант кажется мне самым удачным.

Сейчас редко бываю там, возраст уже, да и тяжело вспоминать войну. Главное, чтобы больше такого не повторялось.

Красинский мемориал
Красинский мемориал

Справка

В шурф шахты им.Красина было сброшено 3500 человек.   Кроме  шахтинцев  среди них  жители Раздорского,  Семикаракорского, Константиновского  и  других  районов.  

Это были и взрослые и дети. Не все они погибали сразу. По нескольку дней из-под земли доносились стоны и крики искалеченных людей.

Сегодня мы знаем только 300 фамилий, погибших этой страшной смертью. Самые известные: Ольга Мешкова и Иван Клименко. Они сами шагнули в бездну, захватив с собой палачей.

Мемориальный комплекс «Жертвам фашизма» внешне изменялся. В 1959г на шахте им. Красина был установлен обелиск и памятник (автор - Ф.С.Комаров), а в 1975г сооружен величественный мемориал. В центре - скульптурная группа: два обелиска символизируют террикон шахты, между ними 8-метровая фигура шахтера, в руках которого чаша с Вечным огнем. Слева от скульптурной группы - стена захоронения, рядом - надгробная плита памяти жертвам фашизма.
Мемориал выполнен по эскизам Ростовского архитектора Р.А.Муродяна и скульптора И.И.Резниченко.

Автор статьи: Александра Зайцева 

война история воспоминания
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции
Оцените первым
(0 оценок)
Пока еще никто не оценил
Пока никто не рекомендует
Авторизируйтесь ,
чтобы оценить и порекомендовать
Читайте kvushahty.ru Yandex News Yandex Zen

Комментарии